Слетать на луну

12 марта 2015

Анастасия Нифонтова – из числа тех спортсменов, кто в представлении не нуждается. Все‑таки именно она стала первой россиянкой, финишировавшей на многодневном марафоне Africa Eco Race (про саму гонку мы напишем завтра). Дебют в труднейшем состязании – и сразу седьмое место! Как же складывался ее путь к Розовому озеру – и куда теперь?


Слетать на луну

Выпуск:
Журнал «МОТО» – март 2015

Автор:
Роман АБАЛАКИН, фото из архива Анастасии НИФОНТОВОЙ

Теги:
Эндуро / Интервью / Africa Eco Race / KTM / Анастасия Нифонтова /

Просмотры:
2489

Оставить комментарий

Поделиться с друзьями:

Мало кто сейчас помнит, но одним кроссом и эндуро твоя спортивная карьера не ограничивается. Ты участвовала в российском кольцевом чемпионате 2010 года – правда, всего в двух этапах. А прошлым летом мы повстречались на трек-днях на Moscow Raceway. Каково это – вернуться на асфальт?

Наверное, скажу так: грусть и печалька. Как говорится, каждому – свое. Кто‑то любит шлифовать траектории практически с закрытыми глазами. Меня же это не цепляет… Если знаешь трассу наизусть и задашься целью, то найдешь задел для роста. Но в какой‑то момент все равно упрешься в свои возможности и возможности мотоцикла. Первые десять секунд уберешь быстро: там подсказали, тут научили – и вот результат. А потом начинаешь выдавливать из себя: соточку, еще соточку… При моем характере – как‑то не очень. Плюс асфальт меня все‑таки пугает.

А еще мне не нравится в «шоссе» эта тема с резиной: «дождь», «недождь», такая, сякая… Потому что если ты не попал с нужным компаундом, то – хоть убейся! – угадавшего с выбором соперника не догонишь.

Да и денег это стоит запредельных. Мы с Максимом Аверкиным обсуждали: сезон в российской кольцевой серии обходится во столько же, сколько стоит участие в чемпионате мира по кросс-кантри ралли! А там ты посещаешь разные страны, встречаешься со спортивной элитой, получаешь неимоверные эмоции. Это куда лучше вечных споров между организаторами и участниками нашего «кольца».


Ты участвуешь в соревнованиях разного масштаба. С отечественными внедорожными гонками понятно: хочешь не хочешь, а мотоцикл везешь сам. А как с международными?

Всюду везла свою Husqvarna, кроме Абу-Даби. 

К слову, все мои международные гонки в том году начались с предложения Вадима Притуляка покататься по дюнам в Эмиратах. Там был и Шон Гоген – профессиональный тренер, многократный участник Abu Dhabi Desert Challenge. Мы с ним потренировались: «Для первого раза ты очень неплохо едешь по песку. Подавай‑ка заявку в ралли». А я даже и не собиралась. Да и финансов не было. Но он начал какую‑то движуху, выбил у организаторов скидку. В общем, вышло из серии «вдруг». Наскребли денег и поехали. Но, поскольку своего мотоцикла в Абу-Даби не было, мы взяли напрокат.

Эта Honda CRF450 оказалась довольно «уставшей»: почти каждый день в ней что‑нибудь да ломалось. Самое ужасное – когда отказал электростартер. Я перевалила через очередную дюну, мотоцикл заглох, пытаюсь завести, а он – никак. Жара +50 °C. И я давай заводить его кикстартером. А это ж – Honda! Она ж «на горячую» не заводится! Полчаса – дрын-дрын! Думала, сдохну… К тому времени где‑то над головой у меня джипы поехали: штурмуют дюны полным ходом, а я прямо под ними стою. У меня, конечно, работает Iritrack (GPS-датчик – прим. ред.), который сигнализирует о моем присутствии, но он же не показывает другим экипажам мое точное местоположение. Бывали случаи, когда перегибающий дюну джип накрывал того, кто стоял по другую сторону. Страшно неимоверно. Но завела и всю дорогу до финиша думала: «Только бы не заглох!» А еще были чудеса эквилибристики, когда мотоцикл заваливался в песке: я выжимала сцепление и эту тушку 140‑килограммовую пыталась поднять. 

Это было единственное приключение с прокатным мотоциклом, после чего я сказала: «Всё, ребята! Больше никогда». Платишь свои деньги, а доехать нормально не можешь – на грани выхода из гонки (меня два раза технички до финиша докатывали).

В то время из ближайших гонок приглянулась Sardegna Rally Race в начале июня. Мы подумали: «А что? Лето. У детей – каникулы. Сейчас сядем в машину и… Чего тут ехать до Сардинии?» Ну и начали готовить мотоцикл. Всё бы ничего, если б кто‑нибудь предупредил, что это не ралли-рейд, а эндуро с горными дорожками.


Неужто почти Romaniacs? 

Не, еще не Romaniacs, безусловно. Но для меня на моем 450‑кубовом раллийном мотоцикле с дополнительными баками спереди и сзади и всей остальной навеской это напоминало экстрим-эндуро. 

Когда мы только приехали, мой муж Антон сходил к организаторам: «Я тут посмотрел стартовые листы. Там народ на «двухтактниках» едет, большинство – на 250 и 350 см³. А на 450‑кубовых – только «крутые пацаны». Что‑то тут не то». А потом на техкомиссии ко мне подходили парни: «О! Это твоя Husqvarna FE450? – Ну да…» И они такие многозначительно: «М-м-м…» О чем они, я поняла позже. 

Местами между кустами и деревьями руль еле помещался. Как там Марк Кома ехал, даже и не знаю. Дмитрий Павлов (чемпион мира по ралли-рейдам в зачете квадроциклов 2011 года – прим. ред.) позже говорил мне: «Ты чего! Сардиния – это адский трэш». Представь, крутой подъем с промоинами и камнями идет этаким серпантином, там еще и разветвляется, а тебе вместе с этим нужно успевать смотреть в роуд-бук. И то же самое со спусками. Тебя по этим камням просто несет и… Тормози не тормози двигателем, чем угодно – ничего не помогает. 

Спецучастки, в общем‑то, небольшие – примерно по 100–200 км (в Марокко были по 400 км), но средняя скорость у Кома – всего 50 км / ч. У меня же обычной передачей была вторая. Натаскалась я там со своими 450 см³… Это была единственная моя гонка, когда на четвертый день, завалившись на очередном подъеме, упала буквально на ровном месте и встать не могла – сил не было совсем. Когда едешь в неком зомбическом состоянии, видишь единственный камень посреди дороги и рулишь прямо в него – хрясь! Лежишь себе под кустом… А жара была +35 °C. 

Перед поездкой я поинтересовалась у прошедшего через Сардинию Алексея Наумова, в чем лучше ехать. Он сказал: «Обязательно в куртке. Там же камни, кусты и все такое». Выхожу на старт, а все – в майках и с сумочками. И я одна – в полном раллийном обмундировании. 

И вот я в своей плотной куртке валяюсь под кустом… Подъезжает ко мне итальянец: «Ты чего лежишь? Давай, поехали!» А я уже никуда не хочу! Но, несмотря ни на что, все‑таки добралась до финиша. И все. Затем уже в Марокко, куда мы снова на автобусе ездили: сначала до Испании, а потом – на пароме.


А как вышло с Africa Eco Race? 

С ней все вышло неожиданно, на самом деле. Семейный гоночный бюджет был фактически спущен на три этапа чемпионата мира – почти 50 000 €. Честно говоря, у меня был примерно такой план: я выступаю на «мире», заявляю о себе и таким образом обращаю на себя внимание спонсоров. Потому что ходить и клянчить: «Здравствуйте, меня зовут Анастасия. Я вице-чемпион России по ралли-рейдам», – на это народ обычно так реагирует: «Ну да… И чего?» А это все‑таки более серьезное мероприятие. И когда я отъездила те три раунда, в Москву с презентацией Africa Eco Race приехал Жан Луи Шлессер. Понятно, что на нее также пришли разные «большие люди», с которыми вполне можно было поговорить о спонсорстве: в частности, с Сергеем Куприяновым из «Газпрома». Но там же присутствовал и Антон Григоров из VEB Racing, который гонялся на машине в Абу-Даби одновременно со мной. В сердцах пожаловалась я ему, что на фоне их миллионных бюджетов мои смотрятся смешно, но и на эти крохи невозможно найти финансы. Мол, запихнули бы мой мотоцикл к себе в техничку и взяли бы с собой на гонку. В общем, поговорили – и разошлись. Пришла домой в расстроенных чувствах. 

Проходит пара недель. Звонит телефон: «Тут Григоров хочет, чтобы ты поехала в Africa Race». Собственно, с этого все и закрутилось: Шлессер дал скидку на стартовый взнос, Антон помог, Motul тоже подключился деньгами и продукцией, плюс бельгийская команда EAO Racing Team (я ехала с ее техничкой), еще и Mitas дал резину (всего за гонку износились четыре передних покрышки и шесть задних)… Они ж все понимают, что девушка в команде – это бешеное внимание прессы и ТВ, что добавляет бонусов с точки зрения рекламы. Вот так с командой VEB Racing мы и поехали: Антон – на машине со штурманом Марисом Саукансом, а я – на своей Husqvarna. Кстати, у многих наших спортсменов по старой советской привычке присутствует мнение, что государство должно помогать финансово… Во всем мире государства никому не помогают. Это всё – частные компании и фонды. У нас у многих осталось старое советское мышление: «Государство же давало. Так почему сейчас не дает?» Нет, и не будет! Другое дело, что оно должно сделать так, чтобы компаниям было интересно вкладывать в спорт. Но у нас еще одна проблема – отсутствие нормального освещения спорта в СМИ. Те же спонсоры придут и спросят: «А где отдача? Где публикации или телепрограммы?» А их‑то и нет. Наверное, нужно на Луну слетать, чтобы на тебя обратили внимание. Но у обычных спортсменов нет возможности сразу слетать туда.


Вернемся к гонке. Что больше всего запомнилось? 

Вообще всё! Потому что эта гонка стоит отдельным сюжетом. Если я с чемпионата мира приезжала с восторженными глазами: «Ребята, это мегауровень! Совсем иные соревнования, чем у нас! Есть смысл копить целый год, чтобы съездить хотя бы на один этап», то Africa Race – это совершенно другая история, будто отдельная жизнь, которую ты проживаешь внутри своей. Ты едешь вместе с караваном, живешь в палатках, все очень дружественно. Когда я только собиралась туда, все говорили, что Africa Race – это такая атмосферная гонка. А все, кто был на южноамериканском «Дакаре», и вовсе их противопоставляют: мол, земля и небо. Потому что на оригинальном «Дакаре» все построено по принципу, что тебя необходимо побыстрее вышибить. То есть там – чисто суровый спорт, и отношение организаторов соответствующее: не попал в регламент – до свидания! А в «Африке» все построено так, чтобы максимально помочь людям доехать. Если ты даже сломался или чего случилось – тебя на техничке, или, иначе, «метле», дотащат до бивуака. И если за ночь ты не отремонтировался и на следующий день не вышел на старт, то и тут ничего страшного: тебе 60–70 часов штрафного времени навесят, за медали бороться станет бесполезно, но ты остаешься в этой тусовке, проедешь гонку в качестве тренировки. А на «Дакаре» же – если сошел, то сошел. И никому нет дела, что ты потратил кучу денег и сил на это.


Ты видела, как ехал Давид Фретинье? Он же был на слоноподобной Yamaha Super Ténéré! 

Он ехал как турист: останавливался, смотрел по сторонам. Самые трудные места объезжал по маршруту техничек. То есть фактически это была такая рекламная поездка. Хотя, конечно, многократный чемпион по эндуро на этом Super Ténéré все равно преодолел большую часть трассы, но все‑таки для него это было совсем не спортивное состязание, а просто приключение. 

Победитель гонки Пал-Андерс Уллевалсетер – тоже приятный мужик. Он реально валил. Уехал от всех в первые дни, а потом уже ехал ровно и не рисковал зря. 

Сумасшедший австриец Роберт Тойретцбахер. Всю дорогу летел на ушах: умирал, поднимался… У нас старт в восемь утра. Я вставала в семь: есть время, чтобы собраться, позавтракать и потом стартовать. А он просыпался каждый день в пять.


Может, для них Africa Eco Race – это разминка перед «Дакаром»? 

Я бы сказала так: процентов восемьдесят гонщиков, которые принимали участие в «Африке», уже там были. Тот же Уллевалсетер занимал на «Дакаре» второе место в 2010 году. Понимаешь высоту? Многие из них едут на уровне топовых заводских гонщиков. Пал-Андерс говорил, что «Африка» – это клевая, настоящая гонка, вымирающий вид. За что раньше все любили оригинальный «Дакар» Тьерри Сабина конца 1970‑х, когда он и его друзья собрались прокатиться от Парижа до Розового озера. Именно такая дружеская атмосфера, когда все друг другу помогают в дороге, выдергивают из болот, чинят сломавшихся и едут дальше. Именно это и подкупает в Africa Race. Сам Уллевалсетер сказал, что в следующем году снова в ней поедет и еще людей с собой приведет.


А твой мотоцикл сейчас где? 

Плывет морем в Марсель, откуда отправится в Ригу – в музей. 

Там вообще интересная история получилась. Марис Сауканс, штурман Антона Григорова, к концу гонки спрашивает: «А сколько стоит такой мотоцикл, как у тебя?» Ответила ему, что конкретно мой – где‑то 14 000 €. А позже подходит и говорит, что готов купить его. На вопрос «зачем?» ответил: «Мне сказали, что вы хотите привезти его в Москву, всю раллийную навеску снять и продать в стандартном виде как эндуро, чтобы начать строить новый. Я не хочу, чтобы его разобрали. Ведь это такое событие! Впервые на Africa Race девушка добралась до Розового озера на таком высоком месте. Я его заберу и поставлю в Рижский автомобильный музей, где уже стоит моя раллийная машина, на которой я проехал свой первый «Дакар». И хочу, чтобы этот мотоцикл остался там». И я так подумала, что его все равно продавать, а тут есть возможность даже сохранить. Конечно, немного порыдала, но согласилась. 

Ну а мы будем строить новый «боевой» мотоцикл. Да и планов громадье. Сейчас на заводе Husqvarna мы купили специальный «раллийный» мотор. Ведь чтобы ехать с большим комфортом по серьезным дюнам (например, таким как в Абу-Даби), настройки мотора все‑таки должны отличаться от стандартных.


Значит, в планах – участие в чемпионате мира? 

Я продолжу выступать за команду VEB Racing при поддержке Motul. Мы уже утвердили план по моему участию во всех этапах чемпионата мира этого года (кроме дальнего – в Чили). Так что сейчас полным ходом идет подготовка к первой гонке в Абу-Даби, которая пройдет в конце марта. Что касается марафонов, то тут пока окончательно решение еще не принято. Но лично я очень склоняюсь к «Африке».


А что насчет российского ралли-рейдового чемпионата? 

Наш – это слезы. Насколько хорошо прошел чемпионат в 2013 году, настолько ужасно – в 2014‑м: из положенных шести этапов состоялись только три. Проблема в том, что наши организаторы мотоциклетных ралли-рейдов полностью завязаны на автомобилистов, которые за совместное проведение просят денег. И, по словам «оргов», в 2014 году запрошенная сумма за некоторые этапы оказалась чересчур большой, поэтому смогли провести только три. Мы с мужем Антоном Гавриловым старались им помогать по мере возможности. Купили принтер для печати рулонов с «легендами». Помнится, ночь перед этапом в Волгограде Антон занимался изготовлением этих «легенд», а я под грохот принтера пыталась отдохнуть перед утренним стартом. Как говорится, с миру по нитке. 

В этом году вроде бы все серьезно за дело взялись, комитет МФР по ралли-рейдам подключили спонсоров и уверяют, что все будет хорошо. Тем не менее зимний этап отменен. 

Радует другое: появился альтернативный кубок Moto Rally Cup, который организовали Алексей Кузьмич и группа товарищей. В прошлом году они собрались и провели два этапа. Причем на неплохом уровне, учитывая, что они просто приехали в лес, проложили трассу, прописали «легенду» и своими силами провели мотогонку. И в этом году они планируют провести свой кубок вместе с соревнованиями автофедерации. Надеюсь, что их энтузиазм не угаснет.

Материалы по теме:

Оставить комментарий

Для добавления комментария требуется зарегистрироваться или авторизоваться на сайте .


↑ Наверх